Фонд AVC Charity: Выставка Владимира Немухина
Владимир Немухин — старейший из художников, вошедших в историю под определением «нонконформисты».
Этот термин обычно используют по отношению к художникам, которые объединились вокруг знаменитой «бульдозерной выставки» 1974 года, инициированной Оскаром Рабиным, Владимиром Немухиным, Лидией Мастерковой и некоторыми другими. Вместе с тем будет более правильным несколько расширить рамки термина и отнести к нонконформистам живописцев, принадлежащих к послевоенному поколению, начиная, например, с Эрика Булатова и Ильи Кабакова и заканчивая Анатолием Зверевым и Владимиром Яковлевым. Именно о них вспоминает Немухин, и именно они сегодня в массовом восприятии олицетворяют свою эпоху. Не случайно в предисловии к одной из выставок художников этого поколения было отмечено, что их работы объединяет только время (60-е—80-е годы XX века) и существование вне стиля официальной художественной идеологии социалистического реализма. «Совершенно удивительно, что в закрытом обществе жило искусство, которое стилистически было близко общеевропейским и американским традициям, — говорит искусствовед Виталий Пацюков. — Оно было мостом между авангардом 20-х годов (Малевич, Кандинский) и современным искусством».
Владимир Немухин прошел долгий и сложный путь от юноши, еще только мечтающего стать художником, до одного из ярких представителей неофициального искусства, став членом «Лианозовской группы», участником многочисленных квартирных выставок авангардного искусства, одним из инициаторов, как уже отмечалось, «бульдозерной выставки». Благодаря его воспоминаниям мы можем по-иному посмотреть на эпоху андеграунда, в том числе с иными эмоциями. «Еще до войны отец впервые повел меня в Третьяковскую галерею, — вспоминает Немухин. — А до этого много рассказывал о картине Репина «Иван Грозный убивает своего сына». Он так ярко все описывал, что, когда я подошел к этой картине и увидел вывороченный глаз царя и его сына с кровавым пятном на виске, мне стало плохо, и я потерял сознание. Больше я в Третьяковку тогда не ходил, а в 42-м году, когда уже стал работать, решил стать художником».
Поворотным событием в жизни и Владимира Немухина, и его ровесников стал Всемирный фестиваль Молодежи и студентов 1957 года. В его рамках в Москве прошла выставка западных художников, работы которых очень на них повлияли и даже, можно сказать, шокировали. Владимир Немухин вспоминает: «Во время Фестиваля молодежи и студентов в 57 году в Парке культуры проходила художественная выставка. Когда мы пришли на нее, то впервые увидели работы художников из Европы и Америки, мы увидели другое искусство. Мы поняли, что что-то надо делать. Я был на выставке со своей женой, художницей Лидией Мастерковой. И вот после выставки мы с ней приезжаем в деревню, и она делает свои первые абстракции. Такое сильное впечатление на нее все это произвело. Я начал писать так не сразу. Все еще продолжал писать свои пейзажи…».
Американский художник Гарри Колман продемонстрировал необычную для тех лет технику — он создавал картины, разбрызгивая краску из банок на холсты. Этот метод произвел сильнейшее впечатление, в частности, на Анатолия Зверева. В 1959 году в Москве прошла национальная выставка США, а в 1961-м — Франции. Работы Джексона Поллока, Марка Ротко, Пикассо вдохновляли художников на поиски пути в искусстве, далеком от соцреализма.
«В 58 году я начал делать свои первые абстрактные работы, — рассказывает Владимир Немухин. — Что такое абстрактное искусство? Абстрактное искусство давало возможность порвать сразу со всей этой советской действительностью. Ты становился другим человеком. Абстракция — это, с одной стороны, как бы искусство подсознания, а, с другой стороны, — новое видение. Искусство обязано быть видением, а не рассуждением…»
